четверг, 23 сентября 2021 г.

Сомнительные полномочия ГБР: почему ведомство не «юстирует» свои документы?

 Сомнительные полномочия ГБР: почему ведомство не «юстирует» свои документы? Эксклюзив Klymenko Time

Всё больше и больше нестыковок и явных нарушений в работе Госбюро расследований всплывают посреди информационного потока. Совместно с заслуженным юристом Украины Владимиром Богатырём издание Klymenko Time продолжает разбираться в темах внешнего управления, судебной реформы и навязывания нам извне структур и организаций, которые не способны эффективно наладить свою работу, имеют юридические проблемы в деятельности, но при этом обходятся государству в кругленькую сумму.

Что не так с документацией в ГБР?

Так, возможность использования нормативно-правовых актов ГБР, которые были приняты после 27 декабря 2019 года и не зарегистрированы в Министерстве юстиции, отныне под вопросом. Всему виной решение Третьего апелляционного административного суда. Из-за этого ГБР даже безуспешно обращалось в Верховный Суд, однако результата это не возымело.

Речь идёт об одном интересном судебном деле. В его рамках работница ГБР пыталась отменить ряд ведомственных актов в отношении себя, связанных со служебной проверкой её же деятельности. Судилась сотрудница с собственным работодателем, утверждая, что те документы, на основании которых инспектировалась её деятельность, проводились по некой инструкции. По этой самой инструкции был принят приказ – а он, в свою очередь, не был зарегистрирован в Минюсте.

«Как известно, нормативно-правовые акты министерств и других органов исполнительной власти, которые касаются прав, свобод и законных интересов граждан либо имеют межведомственный характер, подлежат регистрации в Минюсте. Иначе они считаются не вступившими в силу и не могут быть применены», - сообщил Владимир Богатырь, работавший заместителем Министра юстиции Украины в 2007-2011 годах.

Если ранее нормативно-правовые акты ГБР как органа исполнительной власти нуждались в государственной регистрации, то в конце 2019 парламент принял специальный закон. В соответствии с ним, с 27 декабря 2019 года Госбюро поменяло свой правовой статус – на правоохранительный орган. То есть, оно как бы «выпало» из органов исполнительной власти и теперь на него не распространяются законы, регулирующие деятельность органов исполнительной власти.

То есть, приказы ГБР вроде как и не подлежат регистрации в Минюсте. Но вот апелляция с этим не согласилась. Суд сказал, что обязанность регистрации нормативно-правовых актов связана не с правовым статусом, а с правовой сутью и смыслом изданного акта. В результате вывод был следующим: приказы ГБР подлежат регистрации вне зависимости от правового статуса ответчика. Поскольку инструкция, согласно которой проводилась проверка той самой служащей, не была должным образом оформлена в Минюсте – ответчик не может ссылаться на неё как на законное и правовое объяснение своих действий.

О чём это говорит?

Вся эта сложная юридическая мишура на практике говорит об одном. Все действия ГБР с 27 декабря 2019 года в принципе вызывают сомнение в их законности. Ведь решения, которые не были зарегистрированы в Минюсте, – не имеют юридической силы.

Что это значит? То, что теперь возникают очередные сомнения в легитимности деятельности ГБР как структуры правоохранительных органов. Если все её решения не были оформлены юридически должным образом, то выходит, что с правовой точки зрения они ничтожны. А это означает, что и Госбюро, по сути, нелегитимно действует вот уже почти два года. Ранее мы писали, что Окружной административный суд рассматривает иск о недействительности регистрации ГБР в связи с регистрацией по фиктивному адресу.

Вот что говорит на этот счёт адвокат Владимир Богатырь:

«Наряду с институциональной проблемой создания и деятельности Государственного бюро расследований, существенной проблемой является правовой статус, который в свою очередь определяет подследственность этого органа.

Законодатель, в профильных законах, определил ГБР и НАБУ правоохранительными органами. СБУ - государственным органом специального назначения с правоохранительными функциями. Нацполицию, как центральный орган исполнительной власти по противодействию преступности и поддержанию правопорядка. БЭБ - тоже центральный орган исполнительной власти по борьбе с правонарушениями в экономической сфере. Этот перечень фантазий законодателя можно продолжать дуалистическими статусами охраны суда, прокуратуры и тому подобное.

Поэтому, мы сейчас не имеем упорядоченной правоохранительной системы, вместо неё лишь набор полугосударственных, полуправоохранительных органов. Возникает вопрос о правовых основаниях для ГБР осуществления расследований преступлений, совершенных именно сотрудниками правоохранительных органов. Вопрос конституционности существования целой палитры вновь квази-правоохранительных органов можно поставить еще шире в свете статьи 17 Конституции Украины. Помимо прочего ГБР, с 27.12.2019 ещё и не имеет руководителя». 

Заинтересуются ли Офис Генпрокурора или даже Конституционный Суд этими фактами? Почему-то нам кажется, что нет. Ведь с одной стороны это происходит с молчаливого согласия Генпрокурора, которая до этого возглавляла ГБР, а с другой - законность фактически подменена политическими решениями и услужливостью внешним интересами, а всё остальное уже потеряло здравый смысл.



среда, 22 сентября 2021 г.

Суд поставив під сумнів чинність «неюстованих» нормативно-правових актів ДБР

Володимир Богатир

керуючий партнер АО «Богатир та партнери»


Можливість застосування нормативно-правових актів Державного бюро розслідувань, ухвалених після 27 грудня 2019 року і не зареєстрованих у Мін'юсті, опинилася під питанням через рішення Третього апеляційного адміністративного суду. ДБР через це двічі зверталося до Верховного Суду, але марно.

Йдеться про справу № 280/1337/20 у якій екс-працівниця ДБР намагалася скасувати відомчі розпорядчі акти, пов'язані із проведенням стосовної неї службового розслідування. Залишаючи осторонь прізвища фігурантів і обставини, що стали підставою для проведення розслідування у цьому конкретному випадку, звернемо увагу на вельми цікаву правову позицію, яка була висловлена судом. 

Позивач оскаржила до Запорізького окружного адмінсуду законність наказів ДБР, зокрема через те, що ці акти були прийняті на підставі Інструкції про порядок проведення службових розслідувань стосовно працівників Державного бюро розслідувань. Ця інструкція була затверджена наказом від 14.01.2020 № 9, що не пройшов державної реєстрації.

А, як відомо, за загальним правилом нормативно-правові акти міністерств та інших органів виконавчої влади, що зачіпають права, свободи й законні інтереси громадян або мають міжвідомчий характер, підлягають реєстрації у Мін'юсті. Інакше вони вважаються такими, що не набрали чинності, і не можуть бути застосовані.

Втім, позиція відповідача у справі (з якою зрештою погодився суд першої інстанції) полягала в тому, що ця Інструкція, як і інші відомчі акти ДБР, реєструвати не потрібно.

Дійсно, раніше нормативно-правові акти Державного бюро розслідувань як центрального органу виконавчої влади підлягали державній реєстрації в установленому законодавством порядку, враховуючи конституційні приписи статті 117 КонституціїЗакону «Про центральні органи виконавчої влади»Закону «Про Державне бюро розслідувань».

Але наприкінці 2019 року Верховна Рада ухвалила Закон «Про внесення змін до деяких законів України щодо удосконалення діяльності Державного бюро розслідувань» від 03.12.2019 № 305-ІХ. І з набуттям ним чинності 27 грудня 2019 року ДБР змінило свій правовий статус з центрального органу виконавчої влади на державний правоохоронний орган.

І, оскільки ДБР випало із системи центральних органів виконавчої влади, на нього не поширюються положення Закону «Про центральні органи виконавчої влади» та інших нормативно-правових актів, що регулюють діяльність органів виконавчої влади. Зокрема, тому і накази бюро не підлягають реєстрації в Мін'юсті.

Але апеляція не погодилася із такою логікою, назвавши її помилковою. Третій ААС у своїй постанові наголосив, що обов`язок реєстрації нормативно-правових актів пов`язаний не з правовим статусом суб`єкта нормотворення (зокрема, його належністю до органів центральних органів виконавчої влади), а з правовою суттю та змістом виданого ним відповідного акта.

Указом Президента України від 3 жовтня 1992 року № 493 «Про державну реєстрацію нормативно-правових актів міністерств та інших органів виконавчої влади» з 1 січня 1993 року запроваджена державна реєстрація нормативних актів.

Згідно з Положенням про державну реєстрацію нормативно-правових актів міністерств, інших органів виконавчої влади, затвердженого постановою Кабінету Міністрів України від 28 грудня 1992 року № 731, державній реєстрації підлягають нормативно-правові акти, що зачіпають права, свободи й законні інтереси громадян або мають міжвідомчий характер.

При цьому реєстрації підлягають нормативно-правові акти будь-якого виду (постанови, накази, інструкції тощо), якщо в них є одна або більше норм, що зачіпають соціально-економічні, політичні, особисті та інші права, свободи й законні інтереси громадян, проголошені й гарантовані Конституцією та законами України, Конвенцією про захист прав людини і основоположних свобод і протоколами до неї, міжнародними договорами України, згоду на обов`язковість яких надано Верховною Радою, а також з урахуванням зобов`язань України у сфері європейської інтеграції та права Європейського Союзу (acquis ЄС), практики Європейського суду з прав людини, встановлюють новий або змінюють, доповнюють чи скасовують організаційно-правовий механізм їх реалізації.

Міністерства, інші центральні органи виконавчої влади направляють для виконання нормативно-правові акти лише після їх державної реєстрації та офіційного опублікування. І в разі порушення зазначених вимог нормативно-правові акти вважаються такими, що не набрали чинності, і не можуть бути застосовані.

Порядок подання нормативно-правових актів на державну реєстрацію до Міністерства юстиції та проведення їх державної реєстрації затверджений наказом Мін'юсту від 12.04.2005 № 34/5.

Виходячи з правових норм, визначених цими актами, апеляція зробила висновок, що наказ ДБР від 14.01.2020 №9 так само підлягає реєстрації незалежно від правового статусу відповідача. І, оскільки Інструкція, затверджена цим наказом, не була зареєстрована в Міністерстві юстиції, відповідач не може посилатися на неї як правове обґрунтування своїх дій.

Таке рішення набрало законної сили. Водночас, дві спроби ДБР оскаржити його до Верховного Суду не мали успіху. В обох випадках (12 серпня та 9 вересня) касаційна інстанція повертала скаргу через порушення процесуальних вимог.

Що ці судові рішення і зроблений правовий висновок означають на практиці? Тепер фактично будь-яка дія Державного бюро розслідувань, вчинена із посиланням на відомчий нормативно-правовий акт, ухвалений після 27 грудня 2019 року, викликає обґрунтовані сумніви у її законності. А це, у свою чергу, глобально піднімає питання легітимності самого Державного бюро розслідувань. Питання інституційних недоліків створення та діяльності тепер ще й «неюстованого» ДБР все частіше стає предметом судових розглядів та вказує на системні недоліки створення при реформуванні правоохоронної сфери.


ЮРЛІГА

https://jurliga.ligazakon.net/news/206344_sud-postaviv-pd-sumnv-chinnst-neyustovanikh-normativno-pravovikh-aktv-dbr


суббота, 18 сентября 2021 г.

Нет! Не знаем!! Это вообще секрет!!! О двойном гражданстве чиновников и допуске к гостайне

ВЛАДИМИР БОГАТЫРЬ - управляющий партнер АО «Богатырь и партнеры»

Хотя в последнее время юристы критикуют решения Совета национальной безопасности и обороны, тем не менее, среди всего массива принятых документов можно найти вполне себе здравые меры, укладывающиеся в рамки закона. Жаль только, что эти решения иногда оказываются мертворожденными.




Уж сколько раз поднимался вопрос о нездоровой любви наших чиновников к другим странам. Вроде бы по Конституции в Украине существует единое гражданство (ст. 4), но особых препятствий для получения второго, третьего (и так далее) паспорта как бы и нет. А это ведь реальная угроза национальной безопасности! Особенно, если госслужащий получил допуск и доступ к государственной тайне.

Наверное поэтому СНБО в начале года решил навести порядок в этом вопросе и определил неотложные (sic!!!) меры по противодействию угрозам национальной безопасности в сфере гражданства (решение введено в действие Указом Президента от 04.03.2021 № 85/2021). Среди прочего – упорядочить законодательство, установить запрет на участие би- и мультипатридов в государственных делах и политической жизни (участие в партиях, выборах), ни при каких обстоятельствах не пущать их к государственной тайне. Поскольку сразу все объять не удалось, летом даже вносили коррективы об обязательствах госслужащих декларировать отсутствие двойного гражданства (решение от 16 июля).

О принятых мерах тогда объявили и у главы государства, и в самом СНБО. Секретарь Совета Алексей Данилов даже прокомментировал решение в том ключе, что здесь речь идет о защите интересов Украины и «отсутствие двойного (множественного) гражданства у таких лиц должно постоянно мониториться».

В июле мы решили проверить состояние дел, направив запрос в Кабмин о выявлении фактов двойного гражданства среди руководителей министерств и ведомств и наличии у них допуска к государственной тайне.

Однако, ответы Кабмина, министерств и ведомств несколько удручили. Ибо они в определенной мере показали поверхностное отношение топ-чиновников к проблемам обеспечения национальной безопасности.

В секретариате КМУ, проведя традиционный ликбез по законодательству, умыли руки на том основании, что не являются распорядителями информации. Поэтому переадресовали письмо на центральные органы исполнительной власти.

А там ассортимент отписок и ответов с правовыми позициями (посмотреть можно здесь) оказался весьма широким.

Где-то бесхитростно ответили, что руководители не имеют ни двойного гражданства, ни формы допуска (Государственная регуляторная служба, Госслужба качества образования, Госискусства, Госслужба по этнополитике и свободе совести, Госэкоинспекция, Госкино), где-то честно признались, кто и в какой мере допущен к секретам (Нацполиция, Государственная налоговая служба, Госстат, Государственное космическое агентство, Госкомтелевидения, Госавиаслужба, Аудиторская служба, Национальное агентство по вопросам государственной службы, Укртрансбезопасность).

Кто-то пребывает в полном неведении относительно наличия/приобретения двойного (множественного) гражданства (подданства) иностранного государства и, видимо, не решается сам у себя спросить (Антимонопольный комитет, АРМА, Укргосархив, Институт национальной памяти, Госводагентство). А Государственное агентство лесных ресурсов вообще «не владеет вопросами двойного гражданства работников отрасли».

В Госуадрственной пограничной службе подробно рассказали о секретах по первой форме, но ответили отказам о двойном гражданстве: «Администрация как распорядитель информации не владеет и не обязана в соответствии с предусмотренной законодательством компетенцией владеть информацией…».

Отдельные уклонились от ответа, отписав на голубом глазу, что их чиновники имеют украинское гражданство, хотя не об этом их спрашивали (Фонд госимущества, Госэнергоэффективности).

Некоторые же, сославшись на Закон о доступе к публичной информации, внутренние перечни сведений, составляющих служебную информацию, отказали в удовлетворении запроса. Дескать, кто и какие формы получил, – это не вашего ума дела, а «для служебного пользования» (НАЗК, Госказначейство, Госинспекция ядерного регулирования, Гоструда, Госгеокадастр).

Из всего этого можно сделать два неутешительных вывода. Во-первых, разнобой в ответах на одинаковые вопросы говорит об отсутствии одинакового понимания того, кто и за что отвечает.

К сожалению, громкие реформы и благие инициативы в нашей стране, как правило, являются пиаром и оканчиваются прямо на старте. Даже когда это касается жизненно важных и неотложных вопросов национальной безопасности.

https://zib.com.ua/ua/149076-net_ne_znaem_eto_voobsche_sekret_o_dvoynom_grazhdanstve_chin.html


среда, 15 сентября 2021 г.

Володимир Богатир про перші колекторські компанії та борги за швидкими кредитами

 

15 мільярдів гривень. Такою є сума прострочених боргів українців за швидкими кредитами. Про це повідомляє платформа для роботи з відкритими даними ОпенДатаБот із посиланням на дані Нацкомфінпослуг та НБУ. А тим часом Нацбанк почав видавати ліцензії колекторським фірмам. Хто роздав ці 15 мільярдів і хто отримає право претендувати на ці кошти? В студії цю тему обговорювали з Володимиром Богатирем – заслуженим юристом України, міжнародним адвокатом, кандидатом юридичних наук.