вторник, 19 октября 2021 г.

Конституційна безпорадність. Те, як на практиці забезпечується виконання рішень КС, ставить питання доцільності існування цього органу

Кількість рішень Конституційного Суду України за роками

ВОЛОДИМИР БОГАТИР, АДВОКАТ

16 жовтня виповнилося 25 років від ухвалення закону «Про Конституційний Суд України» №422/96-ВР. За час свого існування єдиний орган конституційної юрисдикції виніс майже 4 сотні рішень. Але чого вони варті, коли виконуються фактично за потреби, а гарант додержання Конституції навіть не переймається їх дотриманням?

Обов’язки та гарантії

Кожен студент-правник знає, що рішення та висновки, ухвалені КС, є обов’язковими, остаточними й не можуть бути оскаржені. Попри очевидність цієї аксіоми ст.151-2 Основного Закону, її все ж вивчав, тлумачив і доводив сам КС наприкінці 2019 року. У справі №1-182/2019(4165/19) було зроблено додатковий висновок, що рішення, ухвалені КС у межах виключних конституційних повноважень, є обов’язковими для всіх органів публічної влади, їхніх посадових осіб. І безвідносно до юридичної форми ці акти не можуть бути оскаржені.

Також начебто однозначною із цього приводу є позиція Верховного Суду, викладена в рішенні від 14.08.2020 у справі №640/8752/19.

Як відомо, Президент є гарантом додержання Конституції відповідно до її ст.102. Але, попри розпливчатість цієї декларативної норми, жодного її тлумачення, здається, ще ніхто не давав.

Перше, що спадає на думку у зв’язку з реалізацією гарантії, — це застосування права вето до прийнятих Верховною Радою законів з наступним поверненням їх на повторний розгляд парламенту, а також право звернення до того ж КС із поданням про конституційність законів… І всі президенти робили це з перемінним успіхом.

Але що далі? Автор цієї статті звернувся до Офісу Президента й запитав про наявність актів глави держави як гаранта додержання Конституції, які були б направлені на забезпечення виконання рішень КС, а також поцікавився заходами, що вживалися задля забезпечення виконання цих рішень.

Гарант не в курсі

Виявилося, що в ОП окремий облік таких актів узагалі не ведеться, а інформація про рішення КС для гаранта фактично не становить інтересу. Бо «запит стосується інформації в обсязі та за критеріями, за якими вона в процесі виконання відповідним суб’єктом владних повноважень своїх обов’язків спеціально не створювалася».

Мабуть, аби навчити юридичній грамотності, чиновники також повідомили, що чинні, опубліковані та неопубліковані закони та постанови ВР, міжнародні договори, укази й розпорядження Президента, декрети, постанови й розпорядження Кабінету Міністрів, а також відомчі акти включаються до Єдиного державного реєстру нормативних актів (таку норму містить указ глави держави від 27.06.96 №468). А от веденням цього реєстру, розробленням оргзаходів та впровадженням методологічних принципів, створенням фонду нормативних актів та підтриманням їх у контрольному стані опікується Мін’юст, який і повинен надавати інформацію про ці акти.

Єдина біда, про яку забули згадати в ОП, це той факт, що рішення КС, хоча вони й тлумачать закони, а іноді їх змінюють, не є нормативно-правовими актами. Тож ані реєстр, ані Мін’юст тут ні при чому…

Довелося питати про контроль за виконанням рішень КС у самого видавця. Там поінформували про загальну кількість рішень, ухвалених Судом з моменту його заснування, а також порахували кількість посилань на Конвенцію про захист прав людини і основоположних свобод та практику Європейського суду з прав людини.

Разом з тим з’ясувалося, що КС також не здійснює контролю за виконанням своїх рішень. Більше того, «в законодавстві України чітко не визначено відповідних державних органів, уповноважених забезпечувати судовий контроль за виконанням рішень Конституційного Суду України».

Утім, за законом, КС у своєму рішенні або висновку «може встановити (а може і не встановити. — Прим. авт.) порядок і строки їх виконання, а також зобов’язати відповідні державні органи забезпечити контроль за виконанням рішення, додержанням висновку».

За потреби

Із цього випливає, що на практиці без малого 4 сотні рішень, ухвалених єдиним органом конституційної юрисдикції за 25 років, — це такий собі архів з асортиментом думок видатних науковців і практиків, що за потреби висмикуються для обґрунтування тієї чи іншої політичної мети.

Коли ж рішення не підходить або після зміни влади стало незручним, то, оскільки контролювати його виконання все одно нема кому, можна набрати нових суддів, а старих звинуватити в порушенні присяги та розпочати кримінальне провадження.

Яскравим прикладом є сумнозвісне рішення КС від 30.09.2010 №20-рп/2010 у справі про додержання процедури внесення змін до Конституції, яке залишиться чинним назавжди (бо оскаржити його нема кому і нема як).

Однак це на завадило ВР у 2014 році ухвалити постанову «Про реагування на факти порушення суддями Конституційного Суду України присяги судді», в якій дати оцінку цьому рішенню, звільнити суддів за порушення присяги, а також доручити Генеральній прокуратурі порушити кримінальне провадження за фактом прийняття рішення КС з указівкою притягти всіх винних осіб до відповідальності. Сьогодні в Офісі Генпрокурора визнають неможливість оскарження рішень КС, але кримінальну справу досі не закрито… Тож чого вартий такий безпорадний суд після чверті віку свого існування?

https://zib.com.ua/ua/149374-te_yak_na_praktici_zabezpechuetsya_vikonannya_rishen_ks_stav.html

четверг, 14 октября 2021 г.

Украина в судах за границей: дела, юристов и их гонорары назвал Минюст

Украина в судах за границей: дела, юристов и их гонорары назвал Минюст

Представительство интересов государственных предприятий в зарубежных юрисдикционных органах не входит в компетенцию Министерства юстиции Украины. Поэтому для таких судебных процессов за счет налогоплательщиков нанимают юридических советников.

Об актуальных судебных процессах с участием Украины (в т.ч., центральных органов власти и госпредприятий), в судах иностранных юрисдикций, а также юридических советниках, которые привлекались для их защиты стоимости этих юридических услуг подробно рассказал Минюст в ответе на запрос адвоката Владимира Богатыря. Документ есть в распоряжении редакции UBR.ua.

Информация систематизирована в форме таблицы и охватывает данные по 28-ми делам за последние три года.

Так, согласно официальным данным, наиболее дешевым процессом, который украинские налогоплательщики оплатили в 2019 году, стал гонорар юридической фирме Dr. Róbert Mezei Law Office – лишь $14 тыс., по иску Министерства здравоохранения Украины к Венгерскому медицинскому центру.

А вот дело по иску компаний Emergofin B.V. и Velbay Holdings Ltd к государству Украина за два года (2019-2020 г.г.) юридического сопровождения экспертами Shearman & Sterling LLP обошлось бюджету в сумму около $10,5 млн.

Также отдельно отмечается, что на сегодня в производстве Европейского суда по правам человека находятся четыре межгосударственных дела Украины против России:

  1. "Украина против России (относительно Крыма)" о нарушениях прав человека на территории АР Крым в результате аннексии РФ.
  2. "Украина и Нидерланды против России" о нарушениях прав человека на отдельных территориях Донецкой и Луганской областей.
  3. "Украина против России (VII)" о захваченных украинских моряках.
  4. "Украина против России (IX)" об убийствах оппонентов Российской Федерации.

Для представительства в ЕСПЧ в качестве юридического советника привлекался английский барристер Бен Эммерсон, которому украинцы уже уплатили более $900 тыс.

Полную информацию по делам Украины за рубежом, юридических советников и стоимости их услуг можно посмотреть тут.



вторник, 12 октября 2021 г.

Бесконтрольные указы СНБО. Почему решения Совбеза невозможно ни обжаловать, ни проконтролировать.

Разбираемся, что не так с нашумевшим «конвейером» СНБО.

Бесконтрольные указы СНБО. Почему решения Совбеза невозможно ни обжаловать, ни проконтролировать. Эксклюзив Klymenko Time







Аппарат СНБО в качестве нового инструмента «быстрой политики» власти наделал немало шума в 2021 году. Больше всего общественностью обсуждался настоящий «конвейер» санкций против граждан Украины, которые вводились указами Совбеза и одобрялись лично Президентом Украины. Однако проблема здесь, прежде всего, в сомнительной конституционности и законности принятых решений.

Всё дело в том, что согласно закону, СНБО – это консультативно-совещательный орган. Он является также координационным органом по вопросам национальной безопасности, однако его решения, опять же, согласно нормам закона остаются консультативными и рекомендательными. Даже несмотря на то, что ещё в 2014 году при президентстве Порошенко полномочия Совбеза были существенно расширены, он всё же не обладает той полнотой прав на принятие решений de jure, которая сегодня имеется у него de facto.

Наконец, самое интересное: сегодня фактически нет никакой возможности ни проконтролировать исполнение решений СНБО (отсутствует так называемая «исполнительная дисциплина»), ни юридически обжаловать их законность! Klymenko Time совместно с нашим другом и партнёром, заслуженным юристом Украины Владимиром Богатырём попыталось выяснить, на каких основаниях принимаются решения и кто несёт за них ответственность. Для этого в аппарат СНБО и в Офис президента были отправлены соответствующие запросы, результаты которых весьма удивляют.

Решения есть, а ответственности нет

Владимир Богатырь обратился в Совбез и ОПУ с требованием предоставить статистическую информацию о количестве указов президента Украины, которыми вводились в действие решения Совета национальной безопасности и обороны в период с 25 декабря 2014 года (дата расширения полномочий СНБО) и по текущий момент. Также юрист попросил предоставить ему информацию, каким именно образом осуществлялся контроль за исполнением этих указов. Наконец, мы хотели увидеть скан-копии аналитических документов по вопросам исполнительной дисциплины и контроля за исполнением указов главы государства, которыми вводились в действия решения СНБО. Что же ответили органы власти?

Так, в СНБО рассказали, что с момента 25 декабря 2014 года и по сей день было издано 180 указов. Правовым основанием для их издания служит закон «Об СНБО», а также различные указы Президента Украины. Аппарат Совбеза в рамках контроля за исполнением данных решений осуществляет следующую деятельность: готовит календарные планы по контролю исполнения указов, получает от органов исполнительной власти отчёты и доклады на предмет исполнения соответствующих решений, готовит письма-напоминания органам исполнительной власти по поводу сроков исполнения решений, обращается с соответствующими запросами, анализирует полученную информацию, составляет отчётность и готовит докладные записки секретарю СНБО.

Бесконтрольные указы СНБО. Почему решения Совбеза невозможно ни обжаловать, ни проконтролировать. Эксклюзив Klymenko Time - фото 1


Что касается аналитических документов по вопросам исполнительной дисциплины и контроля за исполнением решений СНБО, то такие документы в аппарате Совбеза на момент подачи запроса (2 октября 2021 года) отсутствуют.

Таким был ответ СНБО. А вот ответ Офиса президента от 4 октября 2021 года оказался ещё интереснее. Во-первых, там заявили, что с 25 декабря 2014 года было принято 181 решение, а не 180, как ответили в Совбезе. Во-вторых, в ОПУ говорят, что контроль за исполнением указов президента о введении в действие решений СНБО полностью ложится на плечи секретаря Совета. А осуществление контроля в рамках полномочий секретаря СНБО проводится аппаратом Совбеза в соответствии с законом «Об СНБО». Требование предоставить информацию об этом самом контроле Офис президента переадресовал… в аппарат Совета по нацбезопасности, откуда был получен ответ несколькими днями ранее.

Бесконтрольные указы СНБО. Почему решения Совбеза невозможно ни обжаловать, ни проконтролировать. Эксклюзив Klymenko Time - фото 2

О чём это говорит

Фактически, это говорит о полной безответственности и правовых коллизиях, граничащих с прямым нарушением Конституции Украины и действующего законодательства. По сути дела, СНБО и ОПУ «закольцовали» ответы друг на друга. Аппарат СНБО утверждает, что какие-либо конкретные аналитические документы о контроле над исполнением указов президента в рамках работы СНБО отсутствуют. В свою очередь, ОПУ отвечает, что всё это находится в границах компетенций и полномочий аппарата Совбеза и его секретаря, отсылая нас к нему же. Круговая порука.

Напомним, что Совет по национальной безопасности в Украине является консультативно-совещательным органом. Юридически проконтролировать его указы довольно сложно. Возникла управленческая ситуация, когда Указы Президента Украины есть, а анализа их исполнения и контроля нет. Обжаловать Решения СНБО с правовой точки зрения невозможно, так как это, по сути, совещательный орган, а его решения носят рекомендательный характер. Выходит, что те же решения по санкциям есть, а действенного механизма их обжалования нет.

Владимир Богатырь, комментируя для нашего издания сложившуюся ситуацию обратил внимание на следующее:

«Сложившаяся ситуация является продолжением институциональных ошибок, заложенных прошлым руководителем государства. Усиление роли СНБО, по сути, привело к фактическому дублированию полномочий, как отдельных органов исполнительной власти, так и правоохранительных органов. Мы уже имеем устоявшуюся практику «освящённую» со стороны «реформированной» судебной системы, когда правоохранительные органы возбуждают уголовные дела во исполнение Постановлений Верховного Совета или Решений СНБО. Это конкретные уголовные производства, которые были возбуждены вопреки статье 214 Уголовного процессуального кодекса Украины и свидетельствуют о том, что следователи и прокуроры выходят за пределы своих полномочий, действуя за пределами и не в способ, предусмотренный Конституцией и законами Украины.

Законность убрали из Конституции при прошлой власти, а действия теперешней только усугубляют ситуацию деградации государственной власти. На данный момент государство находится в институциональном кризисе.

Президент Украины не только не осуществляет контроль за выполнением Указов Президента, которыми введены решения СНБО, такая же участь постигла 375 решений Конституционного Суда Украины, несмотря на то что формально, согласно Основного Закона, Президент является гарантом соблюдения Конституции Украины».